на главную Антология
живописи


Антология
поэзии



Андрей
Сокульский
 

О себе
Книги
Проза
Публикации
 'Стихи'
 'А-клуб'
Фото
События
 Инсталляции 
  |
 Дневник
 
Полезные ссылкм   

ДНЕВНИК

04.03.2007
Интервью с Игорем Алексеевым 3 марта 2007 года
(часть третья)
865
3

Неожиданно Игорь сам углубляет тему разговора.
- Если ты заметил, то у меня женщина в первых
стихах вообще выступает, не как существо
богоподобное, а как враг. Антипод. Идёт
непримиримая борьба за возможность её полного
порабощения, за превращение её в рабыню. И это
сквозит даже сейчас.
- Что это – твоя изначальная жизненная позиция?
- Дело в том, что на формирование отношения
мужчины к женщине влияет его гармоничного
воспитания в юношестве. Если оно правильное, то
она воспринимается, как субъект не агрессивный,
любящий, залечивающий при случае его раны. В этом
варианте в мужчине нет элемента преодоления. Он
идёт по прямой дороге: всегда любим и всегда
любит. Второй важнейший момент – удачный вход в
половую жизнь. Гармоничный. Если вход же связан с
преодолением и трудностями, то возможная борьба
завязывается или навсегда, или надолго. У меня в
стихах – борьба. За исключением немногих,
появившихся в последнее время. Открытых, чистых
стихов о любви я написал всего два-три. Стихов же
о борьбе между мужским и женским началом и
сознанием – множество.
- Но поэт без конфликта – это нонсенс. Кто знает
– возможно, именно этот конфликт, это борьба между
мужчиной и женщиной, позволил тебе наиболее полно
раскрыться?
- Речь идёт о порабощение не тела, а сознания. Я
овладеваю не телом женщины, а её мозгами. И это
доставляет мне гораздо большее удовольствие. И так
было всегда. И ещё. Известно, что в
тринадцать-четырнадцать лет ребёнок уходит из
дома, в этом возрасте чаще виртуально. У него
рвётся пуповина. Иногда так резко, что он забывает
о наличие своей матери. При том, он о ней
неожиданно забывает. Я со своей мамой был в
разлуке с семнадцати до сорока лет, а потом она
стала моим светочем, моим другом… Сейчас – моей
нянькой.
- В итоге мы говорим о гармоничном и не
гармоничном пути развития?
- Именно! У меня был крайне не гармоничный путь…
И этот путь привёл к тому, что я стал элементарным
террористом-перехватчиком.
- По большому счёту у тебя было те же четыре
периода отношения к женщинам: как ты говоришь
«кране не гармоничный путь взросления», потом
первая семья с переходом в жизнь «перехватчика»,
потом…
- Потом мне повезло в жизни, и я встретил свою
женщину. Не встретил бы – я не знаю, что со мною
было сейчас. Я уже начал превращаться в некого
бессердечного монстра на чёрном лимузине, с кучей
денег в кармане…
- И не написал бы уж точно: «Таких красивых баб в
Саратове штук пять…»
- Сейчас ты подобрался вплотную к моей лирической
героини. Она у меня есть. Это - обычная женщина.
Красивая – не красивая – не важно. Она может и
лопатой орудовать. И стоять брошенной всем миром
на трамвайной остановке. Появляется палитра
женских образов, которые мне очень нравятся. Жены
«новых» русских, любовницы… Музей образов. Я их
очень люблю и они мне самому нравятся.

Из книги «Командир Пентагона»

Таких красивых баб в Саратове штук пять.
Или четыре, нет, три, две, одна такая!
Как оказалась ты на кольцевой трамвая?
Нет денег на такси? Есть повод казнь принять?
Намного всё же ты, чем кажешься, старей.
Нечёткий маникюр, морщинки, подбородок.
Но так ты далека от остальных уродок,
Как далека Москва от этих фонарей.
Твой чёрный лимузин ржавеет в гараже.
В чужих домах живёт твоих служанок стая.
Пожалуйста, уйди! Уйди, не жди трамвая –
Нет времени уже, нет времени уже…
 
04.03.2007
Интервью с Игорем Алексеевым 3 марта 2007 года
(часть четвёртая)
864
4

- И ещё. У меня есть врождённое ощущение
женщины видимо усиленное мои большим женским
окружением. И даже начинал я работать в больнице,
где женщины не стеснялись при мужчинах надевать
колготки.
- Отношение врачей, под призмой анатомических
подробностей, отличаются?
- Врачи не менее и не более раскованные люди.
Дело не в этом. В больнице нет мужчин и женщин, а
есть – врачи.
- А откуда всплывают другие профессии?
«Француженка, умелица, кокетка…»
- Это стихотворение я сделал на заказ ныне
покойной женщине.
- И получилось. А может вообще работать на
заказ?
- У меня так сейчас и получается в прозе. Я
искусственно сейчас держу себя в напряжении, чтобы
писать каждый день.
- С удовольствием?
- Дело не в этом. Когда я пишу, то забываюсь. Я
пишу сон, а когда ставлю последнюю точку, то
просыпаюсь. А в моей жизни намного хуже, чем во
сне. И я отнюдь не счастлив.
И ещё ты можешь записать один мой любимый
афоризм о любви из жизни. Любовь – это забытый
чайник на не выключенной плите. Влюблённые
настолько поглощены, что им дела нет выкипит
чайник, или даже сгорит. Они настолько поглощены
друг другом, что на земле не существует никого
кроме них. И тут надо сказать, что даже хорошо,
что их единовременный процент на земле очень мал.
Или я бы, например, не хотел, чтобы среди
по-настоящему влюблённых, был и мой главный
бухгалтер. Я бы ей свои цифры и деньги не
доверил.
- По-последним теориям считается, что любовь –
это просто химическая реакция..
- Это меня не устраивает. Любовь даётся Богом,
небесным озарением. Как стихи. Мы не знаем, почему
любим. За глаза, за запахи, за ноги? Дурь полная.
За то, что кто-то хорошо готовит? Тьфу. Огромное
количество одиноких красоток так и не находят
вторых половин, а другие не красивые находят.
Любовь, как удар молнии. Только нужно дождаться,
Кто-то не дожидается, кто-то потом предаёт.
- Потом-то почему?
- Ради денег. Ради своего положения. Принц не
может жениться на пастушке...
- А как ты относишься к своим почитательницам?
- Я их очень люблю в общем плане. Они
рассмотрели доброту в моих стихах. И в прямом
смысле помогают мне жить.
- Ты не напишешь им в начале марта «датские»
стихи?
- Получится плохо. У меня сейчас «грязный» ум –
в прямом смысле, запачканный. Но у меня есть по
стихотворению каждой дочери. И матери. И многим
женщинам. И в этом смысле я счастливый человек.
- А ты не хотел бы их вместе собрать, чтобы
почитать им?
- (Задумавшись) Я постеснялся бы.
- Почему?
- Их оценка очень важна для меня. Важно всё –
жест, полу взгляд. А всех вместе? Я бы не хотел
этого делать. К тому же я привык завоёвывать свою
территорию.
- Территорию любви? Вот в первом твоём
голосовом диске всего пяток стихов о любви из
пятидесяти.
- Это эксперимент.
- Пообещай мне, что следующий запишешь
полностью из любовной лирики.
- Пообещать могу всё что угодно, но где силы и
время, чтобы всё отобрать.
- Я сам тебе отберу. И тогда мы ещё раз
поговорим о твоей любовной лирике.
- Хорошо.
Дальше мы общались на совсем другие темы.

Из книги «Русский день»

Романс

Ты не могла перезвонить?
Я еду, скоро выскочу из зоны
Охвата. Это веские резоны,
Чтоб оборвать связующую нить.
И этот невесёлый разговор
Об очевидных признаках распада,
О бесконечных поворотах ада,
В которых мы кружимся до сих пор.
Дышал большак, наглела шоферня,
Бежал лесок, текла недвижно Волга.
Я говорил ещё довольно долго.
Но ты уже не слышала меня.
 
03.03.2007
- диалоги (об определении границы)
863
- Всё просто: пока ты не представляешь опасности,
ты не погибаешь.
- И кто является определителем уровня твоей,
так называемой, опасности?
- Я.
 
03.03.2007
с возвращением
862
Интересно слушать себя по утрам, выходящего из своего подземелья...
 
02.03.2007
белые игры
861
Метель, как будто ждала март, парализовав за двое
суток улицы грода и отыгравшись за бесснежную
осень и зиму...
 
01.03.2007
мужчина-воин
860
Мужчина должен в любой момент стать воином. А
любой мужчина-воин, должен иметь постоянную
нагрузку: на мысли, на тело, на день и судьбу. И
если вдруг возникает момент отсутствия нагрузки,
он должен уметь сам находить новую. И постоянно
тренировать своё тело. И ждать, когда наступит
момент, чтобы стать героем и защитником.
 
01.03.2007
привычные лица
859
Толстые лица средних и провинциальных чиновников
(правильней сказать "жирные", с трудом и
опытом виртуозных операторов, помещающиеся
двойными подбородками и оттопыренными щёчками в
теле-рамку, или газету). Жирные лица милиционеров
всех званий, начиная сразу после училищ и кончая
самыми генералами.
А если бы те и другие были в реальной
физической и соответсвенно умственной форме, все
были в порядке, подтянуты, как бы сложно было
управлять их не размягшими мозгами, не дай Бог, не
подмятыми в общую среду служебных мерзостей и
мелких прегрешений. Нет уж, пусть лучше будут
такими привычно наглыми, сытыми и управляемыми...
 
01.03.2007
мы говорим, что всё нормально
858
Первая большая пурга зимы пришла в город не поздно
- аккурат в ночь на первое марта...
 
01.03.2007
Мини-интервью с Игорем Алексеевым по поводу
окончанию зимы 28 февраля 2007 года
857
Мы договариваемся встречаться по выходным – ритм
встреч уже определён, как расписание, и в выходной
появляется возможность, почти не спеша, задать
свои вопросы, наговориться.
Игоря в последние рабочие дни Таня (его
жена) перевозит по утрам к его маме в город, и
что-то сегодня ближе к вечеру не захотелось мне
всё откладывать. Учитывая, что вокруг опять
произошло несколько трагедий, а завтра наступает
весна, пробило резкое желание увидеться и
немедленно расширить поле предыдущего интервью…
И вот я пью чай в гостях у Игоря и его
мамы. Мы говорим минут пятнадцать-двадцать без
записей, а потом с разных сторон касаемся извечной
противоречивой и сформулированной мной темы, как
«Страшно жить – уезжать бессмысленно…»

- Если кровь теряет свои эритроциты – она
становится водой. С разжижжений кровью мы теряем
свои силы. Страна теряет свои силы, а люди
продолжают уезжать.
Моя старшая дочь и мой зять – высококлассные
специалисты, натасканные молодые русские учёные
отправились в Америку, только по одной причине –
им негде было жить! А другой мир, другая система
абсолютно готова на всасывание потенциала: они
попали в готовую компанию, в готовую лабораторию,
в готовые условия для жизни… И не распаковывая
чемоданы они начали работать на другую страну!
- Куда же двигается обескровленная, со сниженным
количеством, как ты говоришь, эритроцитов, страна
сейчас?
- Ну, во-первых без них человек становится
крайне медленным – тяжело больным. По аналогии –
очевидно почему мы никак не можем разогнаться. Да
и ещё, если вдруг появляется рана (а ран у нас
предостаточно) и такую кровь вовремя не
остановить, не заметить – организм умрёт.
- Но мы же теряем свои кадры, людей, давно.
Пять, шесть поколений эмиграции чего только стоят.
Сейчас не происходит ничего необычного. К тому же
мир открыл свои границы. Вскрыл…
Ситуация изменилась в другом. Появился
совершенно новый виток технологий. И здесь мы
опять не первые. У того же Китая поле технологий
шире. А людей? По закону физики в разряженное
пространство активно проникают другие частицы.
Лезут они все к нам?
В основном говно лезет.
- И что же нам делать таким привычно
эмигрирующим, привычно впускающим. Они , что нас
захватывают так что-ли?
- Понимаешь, Россия, как патрон – в ней при всей
её странности, ничего лишнего. Она ничего вобрать
в себя не может и не хочет. Патрон ведь
совершенен.
- Почему?
- Не знаю. Какая-то особенность русского
характера отдавать и не вбирать. Здесь мы на
французов похожи.

Дальше нас по разговору уносит в Европу и я
вспоминаю Игорю его последнее загран. турне в
Испанию года три-четыре назад , где он якобы
мечтал впоследствии остаться.
- Что на самом деле присматривался? Скучно ведь
там?
- А мне теперь много стало вообще не нужным. Я
привык к одиночеству. Представляешь, каталонская
деревня с древним двориком, скрипучей дверью,
черепичной крышей. Солнце, кран капает…
( Я опять, дурак, без диктофона – не успеваю.
Игорь начинает писать красочное полотно, и мы
уходим в тему ненаписанного большого романа)
- Есть ли такая задумка?
- Тема есть. Как моя жена стала моей женой. Но
об этом писать нельзя. Рано. В любом случае этот
роман будет о любви.
- Так это будет автобиография или роман?
- Это будет роман о любви. А любовь – это Бог.
(Подумав немного). Бог – есть любовь. И здесь
псевдонимом не отделаешься. Ну допустим, я назову
Сашку Мишкой. Всё вылезет само. Мне что из города
уезжать? К тому же я пока учусь писать прозу.
- И ещё мы прожили маленькую ленинградскую
блокаду зимы…
- Да – всё просто: надо стараться жить и делать
добро окружающим людям.
- Ну всё, я побежал.
 
01.03.2007
тот же цикл, те же разговоры
856
В появившийся свободный час ближе к вечеру я
нырнул в "Пентагон", где пообщался с
моим другом - Игорем Алексеевым. Опять говорили о
нашей стране, об эмиграции, одиночестве и
поздравили друг друга с последним днём февраля.
Мартовское утро выпало настоящую зимнюю метель.
Но при всех катаклизмах и смещениях - тепло не за
горами. Мы его ждём. Осталось недолго...
 
27.02.2007
станная привычка к страху
855
Гибнут наши женщины: в Китае (убита туристка), в
Патае (сразу две), на углу Чапаева и Бахметьевской
от удара вылетевшего днём на тратуар
"Мерседеса" (скончалось уже три, три - в
реанимации). Трудно что-то добавить. Всё это
произошло практически в один день (всё о чём не
может умолчать местная и пресса страны). Гибнут
наши женщины...
 
27.02.2007
подмена
854
Нельзя проводить на сайте, в интернет
пространстве, слишком большое время. Это же не
жизнь всё-таки, а некая подмена. Как подмена
реальному миру - кино, книги, грёзы. Нельзя жить
грёзами. Времени на это нет. Дело нужно делать! Но
иногда так хочется уехать на солнечный остров.
Поэтому-то мы и находим в любой подмене
возможность хоть чуточку, но расслабиться.
 
26.02.2007
программа "205"
853
Сегодня ночью, между четырёх и пяти, я придумал
себе программу "205". Столько дней
осталось до моего юбилея. Мне нужно успеть многое:
рассказать главное Астре, помочь сыну, встретится
наконец-то с дочерью, выпустить "Точку
невозврата", разобраться в завалах бизнеса,
провести первый пляжный кубок страны в родном
городе, написать разную большую прозу и наши новые
диалоги с Игорем...
Цифра мне нравится - в ней так просто спрятана
семёрка.
 
26.02.2007
преодоление
852
Нельзя дружить с памятником. Нельзя любиить
памятник. Окаменелости, сумрачности, душевные
утяжеления, которые появляются с годами в каждом
из нас, нужно разбивать усердно, ежедневно и
тратить оставшуюся энергию, чтобы оставаться самим
собой и находить в себе себя нового.
 
25.02.2007
Интервью с Игорем Алексеевым 24 февраля 2007
года(часть вторая)
850
- И всё-таки мне бы больше хотелось быстрей
подойти к теме русского мужчины, - какой он воин?
Воин или не воин?
- Мы – генетические воины. Потому что воевали
непрерывно. Все государства создавались с помощью
воинов, но далеко не все воевали столько. И
продолжают воевать сейчас. А когда, кроме
пропаганды, закреплялась и материальная
составляющая, то служить в России хотели буквально
все. В 70-е в военные училища было невозможно
поступить. Почему? Военный лётчик получал около
пятьсот рублей. Столько же получал председатель
обкома! Потом наступил провал. Как только
провисает программа – отпадает мотивация. Я не
беру ту часть населения, объявившую себя
пацифистами. Но настоящий русский мужчина –
солдат, боец. С крупным лицом, с носом пуговкой, с
маленькими хитрыми и широко расставленными
глазами, с упрямым ртом и высокими «татарскими»
скулами...
- За последний век таких полегло немало на
чеченской, афганской, а ранее на первой и второй
мировой, в гражданской. Ещё истребили себя
миллионными «чистками», уехали в эмиграцию. Там
сейчас – тридцать миллионов.
(Мы начали приблизительно считать и пришли к
выводу, что если бы не вышеперечисленное, то в
России бы проживало сейчас минимум 250-300
миллионов!)
- А ведь, кроме вынужденных белогвардейцев, все
остальные наши эмигранты, как раз – пацифисты?
- Давай начнём с главного. Существуют понятия –
Родина и Государство. Когда человек маленький, он
эти понятия не различает. Постепенно, развиваясь,
он понимает, что бабочки, кузнечики, речка, улица,
дом – это его Родина. А система, которая эти всем
управляет – это государство. В конечном итоге у
него появляется выбор. Но Родина – это семья, а не
только место. Родина, как член семьи, неотъемлема
от сердца человека. Мы воспитаны своими бабочками,
своим воздухом… В раннем детстве матрица тебе
вложена. И однажды наступает драматический момент
принятия решения. Есть несколько выходов.
Первый. Идти в ногу с государством. Этот человек
предельно мощен и вооружён. И государство
подходит, как бизнесмен, доверяя ему. Другое дело,
что бизнесмены бывают хорошие и плохие. Русский –
неточен, неграмотен и при этом инертный,
нахрапистый воришка, не любящий ничего отдавать…
Второй. Ты уходишь во внутреннюю эмиграцию и не
защищаешь государство. Этакая итальянская
забастовка, когда приказы выполняются буквально, а
человек отсутствует. Сюда, в виде, крайнего потока
исключений из правил относится, и эмиграция
реальная, с отъездом. Да, я никогда не поверю, что
человек, уехавший из России, может её забыть. Что
у него не болит время от времени сердце.
Воспитание Родины происходит в глубоком детстве и
сказавший уверенно о другой стране «моя – вторая
Родина», понимает, что есть первая…
И третий вариант. Слабый в обывательском смысле
человек, не использует рычаги государства, не
растёт по службе, а постепенно становится её
врагом. При этом любя в своих понятиях Родину.
Такими были декабристы, Чернышевский, тот же
Ленин.
(Мы обсуждаем классификацию Игоря и опять
возвращаемся к потерянным миллионам).
- Россия, видимо, никогда не построит
государство на такой территории. Трагедия
современной России в том, что она была уничтожена
давно. Поэт «в семнадцать лет не знал, что он
убит». Представь себе старый завод на котором
катастрофически не хватает кадров. Причём не
только и не с только высококлассных рабочих – не
хватает и управленческого персонала.
(Мы ещё раз вместе считаем нашу ужасную
статистику: примерно 20 миллионов - в гражданскую
и в голод, 40 миллионов - в войну и
репрессированных…)
- Но ведь в 1814 по историческим сведениям после
взятия Парижа из Франции по доброй воле не
вернулось около сорока тысяч русских солдат –
огромная по тем временам цифра. Но Россия при этом
тогда не развалилась?
- Нам не хватает людей для освоения Урала и
Сибири. Нечерноземья. Мы растратили свой резерв.
Уничтожили сами…
- Есть ли выход? Перспектив у России не много?
- Для начала нам нужно сделать две вещи:
закопать языческого божка (не дело, что на главной
площади страны лежит тело предателя, а если это
медицинский эксперимент, то пусть им занимаются
медики в другом месте) и принести всенародное
покаяние всем христианам за убийство помазанника
Божьего. (У немцев сработал не только план
Маршала, но и то, что они всей нацией покаялись).
Когда это будет сделано – не известно. Хорошо, что
церковь развивается, но небо не любит шутить.
Чувство юмора у него нет!
И ещё – почему ты, думаешь, в конце войны каждый
немецкий танк продолжал уничтожать четыре наших.
Техника была по-прежнему лучше? Ошибаешься. К тому
времени мы, как минимум в этом не отставали. Школа
обучения у них сохранилась до конца, учителя… А у
нас садились безграмотные пацаны. И гибли.
(Тему танкистов Игорь неожиданно продолжил
дальше)
Хочешь посмотреть на страну – посмотри на её
танк. Еврейский танк «Меркава» сделан так, что
двигатель его и вся трансмиссия впереди экипажа.
Снаряд попадает в танк, застревает во всём этом, а
экипаж целёхонький выскакивает сзади и тикает в
свою синагогу…
 
1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 | 103 | 104 | 105 | 106 | 107 | 108 | 109 | 110 | 111 | 112 | 113 | 114 | 115 | 116 | 117 | 118 | 119 | 120 | 121 | 122 | 123 | 124 | 125 | 126 | 127 | 128 | 129 | 130 | 131 | 132 | 133 | 134 | 135 | 136 | 137 | 138 | 139 | 140 | 141 | 142 | 143 | 144 | 145 | 146 | 147 | 148 | 149 | 150 | 151 | 152 | 153 | 154 | 155 | 156 | 157 | 158 | 159 | 160 | 161 | 162 | 163 | 164 | 165 | 166 | 167 | 168 | 169 | 170 | 171 | 172 | 173 | 174 | 175 | 176 | 177 | 178 | 179 | 180 | 181 | 182 | 183 | 184 | 185 | 186 | 187 | 188 | 189 | 190 | 191 | 192 | 193 | 194 | 195 | 196 | 197 | 198 | 199 | 200 | 201 | 202 | 203 | 204 | 205 | дневник