на главную Антология
живописи


Антология
поэзии



Андрей
Сокульский
 

О себе
Книги
Проза
Публикации
 'Стихи'
 'А-клуб'
Фото
События
 Инсталляции 
  |
 Дневник
 
Полезные ссылкм   
СОЧИНИТЕЛЬ

часть вторая



графика
Надо экономить слова...
  СОЧИНЕНИЕ ГЛАВНОЕ.
СУТЬ
оглавление
  глава 5
  1. Проэзия - поэроза,
    или переходный период
  2. "От слова, например..."
  3. "Вода идёт..."
  4. Прости
  5. "Мама подсела..."
  6. Математика
  7. Математика-2, или рыбалка
  8. Математика-3
    последняя
  9. Вопросы нападающему
  10. Однажды
  11. "Пока нам нет и сорока..."
 



ПРОЭЗИЯ - ПОЭРОЗА
ИЛИ ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД

У меня поздняя юность,
	если и перейдет, то в раннюю старость.
Сразу станусь...

Рассказываю об этом девочке-корреспондентке,
	которая, в доказательство о своей состоятельности,
		приволокла статью о бабском фотохудожнике,
			в которой сама снялась абсолютно голой,
				разбитая в сомнении кусочками...

Тело кусочками.
	Новые, ненормальные дети - подростки, 
		пропустившие целую эпоху...
Странно...

                                            06. 06. 2003 г.

читает автор    читает автор   наверх
скачать mp3    скачать mp3
      

***

От слова, например, «консолидирующий»
само собой ничто не консолидируется.
Возможно, оптимально, сам с собою, но тут тупик.
Да мы же знаем, мы же взрослые ребята.

От жажды выскочить вечерней полной рюмкой
Ну, ничего наутро, кроме боли... в висках.
Но несколько часов затменья без предела и тела
Чего-то стоят. Стоят, в самом деле?

Перебирай и уходи в распятье.
Не возникай в местах, где мел.
	А по желанью — шире,
		по печали — к звездам.
Колбась, пока не поздно.
Будь всечастен в понятиях присутствия и силы.
	Не уходи, не получив отдачи.
И если Божья воля вместе с нами...

		29. 03 — 01. 06. 2003 г.

читает автор    читает автор   наверх
скачать mp3    скачать mp3
      

***

Вода идет. Залило все страницы.
	В воде мелькают чьи-то щучьи лица,
Вода мешает перейти в аншлаг.
	Вода стеной. Не кратко, не однажды
Парализует волю, мочит павших.
	Дождь набирает баллы натощак.

Дождь взял в объятья мой любимый город.
	Дождь подтверждает: пуст я и не молод.
Вода, промозглость, рост хлебов и злак.
	Вода залила пристани, отсеки,
В воде уже погибли человеки.
	Мы не готовы — стаями бардак.

Игра в игре. Сквозь баню разговоры.
	Такого не видали наши норы.
Что будет дальше? Не попасть впросак.
	А тучи продолжали бить горстями,
Они пришли за прочими вестями
	Сопоставимыми... Но труден мокрый знак.

			26. 06. 2003 г.

  
читает автор    читает автор   наверх
скачать mp3    скачать mp3
      

ПРОСТИ

Мой старый друг сопьется в этот раз.
Он вспышками больными восклицает, 
Неврастенически с подкорки оглашает
Картинки детства — памяти матрац.

Мы давимся на разных языках!
Мы прожили немного на планете,
Но так сложилось, что не мы, а наши дети
На телефонах в наших голосах...

Мы пробуем промямлить по словам,
Забытой музыкой пробиться, через веки...
Как говорили мы в двадцатом веке?
О чем? Попробуй снова, по слогам...

Но он сопьется! Он и так сопьется.
И детство хитро добро улыбнется.
Прости...


		24. 06. 2003 г.

читает автор    читает автор   наверх
скачать mp3    скачать mp3
      

***

Мама подсела на многочисленные сериалы:
      итальянские эмигранты в Бразилии,
            многосторонние любовные комбинации,
                  новые, не затертые Чеховым и 	
                        Станиславским лица,
отвлеченность в придуманных историях.

Мамочка, 
	я даже не могу отстраненно играть в футбол,
я даже не могу опьянеть — 
	просто падаю ненадолго,
просыпаясь в муках моей надуманной эмиграции,
      моей простой, запутанной самим истории — 
многогранный сюжет 
	для ненаписанных и немеханических пьес.

                             17. 06. 2003 г.

читает автор    читает автор   наверх
скачать mp3    скачать mp3
      

МАТЕМАТИКА

Если просуммировать все мои увлечения
	и разделить их на количество,
то формулируется изречение:
	«Так не бывает, Ваше величество...»

Разнознаковые базы политехнического
	и поэты, сканирующие строчками 
			мою ампулу мозга,
освоившие книгами дом,
	умноженные на девяностых перелом — 
ядерная смесь, которую я, время от времени,
	стравливаю, чтобы оставить себя 
			на потом...

Несовпадающая прогрессия любящих меня
	и не любимых мною женщин почти пробила
генетические или непонятные традиции привязанности
	и попытки разгадать Твою единственную тайну.
Почти — не считается.
	Намного проще составить алхимический закон
		или вернуться во Вьетнам
			за не добытым ранее золотом...
Ежедневные закономерности уже превратились 
	в случайные и все более короткие встречи 	
			поездов на перегонах и станциях.
Уже ничего не совпадает — ни числа, ни языки, 
	ни множители...
		Ничего!?
Паровозы из детства дымятся, 
	готовые в любой момент отъехать 
друг от друга, ускоряясь в своих 
	сверхконтинентальных бесконечностях...
За их шумом гудков и дымом
	я почти ничего не вижу,
		передо мной все та же девушка-студентка...

И главное — наши дети. Наши дети
	не складываются, не делятся и не умножаются.
		Их можно только любить!

   	                            июнь 2003 г.
	
  наверх
      

МАТЕМАТИКА-2,
ИЛИ РЫБАЛКА

                      1.

Один восемнадцатикилограммовый сом, попавшийся сдуру
	шестнадцатилетним пацанам
		на дядитолин перемет, 
			первый и единственный.

Я тогда еще не умел плавать и сидел на корме
	деревянной утленькой вёсельной лодки,
		но почему-то увидел его на мгновение раньше.

В воде очертился овал страха огромного хвоста...

Сома брали без меня, 
	после предварительного возвращения на берег
		за темляком, молотком и решительностью.
Брали впервые и потому
	размозжили, испортили абсолютную
		обтекаемость и красоту усатой головы.

Мы были счастливы в ту звездную ночь,
	засыпая под собственные песни у костра...

Мы становились мужчинами,
	преодолевая страх
		и нащупывая возгласы победителей.

                      2.

Два огромных двухкилограммовых леща
	с чешуей в пятикопеечную советскую монету,
		выловленные под выход Луны на отмели
			небольшим, дырявым местами, бреднем...

Мы стояли на берегу и не верили,
	что речные поросята, огромные лещи,
		вошли между двумя деревянными клячами,
проведенные крепкими руками двух российских парней...

Мы пили теплую водку, закусывая огурцом,
	хохотали, делали новые заброды,
		потом понесли рыбу к костру, к семьям,
но любимые и дети уже спали...

Это было последнее лето перед отъездом в Канаду
	двух семей, двух друзей и двух разных судеб.

Нет, я не забыл,
	на рыбалке был третий — «наш Жора».
		И это был его бредень, лодка, идея поездки.
И это была его Волга и
	он, как знак вопроса, остался на берегу один.

                       3.

Множество раков, собираемых руками по норам,
	в мутной майской речке подростком...

Азарт и наполняемость ведра
	не могли остановить укусы клешней,
		превращающие мои пальцы 
			в рваную оберточную бумагу.
Азарт собрать множество не останавливал
	не умеющего плавать подростка
		перед нырянием в мутную воду, 
			опасностью ям и бочагов.

Как видите, все обошлось.
	Думаю, я был тогда счастлив.

                               17. 06. 2003 г.


  наверх
 
     

МАТЕМАТИКА-3
ПОСЛЕДНЯЯ

                   1

Народная наша талантливость,
	умноженная на коэффициенты свинства
		и исторической невнимательности,
приводит внешние потуги подпрыгнуть выше головы,
шире полей, глубже рек... в грустную и извечную
	осенне-зимнюю буффонаду.
Сначала надо разобраться с коэффициентами!

                   2

Один непонятно свежий и выпуклый АНАНАС,
в конце шестидесятых 
принесенный, хотелось бы думать, отцом
из какой-то замысловатой дружеской поставки,
	наверное, на советские танки...

Потом была длинная ананасовая пауза в моей жизни...

Потом стали проскакивать консерванты,
	но с запахом детства я их не идентифицировал.

Намного позднее, зимой, на деревянной тележке,
	запряженной осликом, их подвезли
		насыпанными, как картошка,
	огромно-желтые, с зелеными хвостиками,
		после разделки мачете необычайно сочные,
				сладкие...
Подвезли к нашей гостинице в Сайгоне,
бывшей американской базе с вышками по периметру,
	опутанной с тех пор колючей проволокой...

Стоили они копейки.
	Запах детства вернулся.
		
		Ананасы без войны,
но, возможно, ею удобренные и опыленные...
	     Это и было множество.

                                     июнь 2003 г.


  наверх


ВОПРОСЫ НАПАДАЮЩЕМУ

— Зачем тебе ломаться? Для чего?
— Мне платят за футбол последний год... из космоса
		посылами в подкорку. В расстановке нашей
		мне велено идти вперед 
		«решительно, стремительно и сразу».
		Я щупаю мгновенье, я учусь...

— Такой вопрос: когда ты отдыхаешь?
— Было время, когда в кроватках мелких спали дети,
		а мы сидели с коньяком на кухне
		вдвоем и тихо-тихо говорили.
 		С тех пор не отдыхаю никогда!

— Сезон закончился и что же ты?
— Уеду. Куплю на море домик в тихом месте.
		Возьму листок бумаги и сигару
		и опишу, как жил, как забивал.
— И все-таки ты, кажется, жалеешь...?
— Жалеют все. И я — не исключенье.
		Вчера на повороте к Усть-Курдюму
		на перегруженной и быстрой ныне трассе
		шел длинный дождь и маленькая мокрая собака
		пыталась как-то перейти дорогу...
		Я был на скорости, увидел поздно, не остановился,
		а псина мучалась, семеня ногами.
		Не знаю, но надеюсь — перешла!
		Но просьба вам об этом не писать...

— Тогда о чем? Вы, например, надолго?
— Надолго? Как обычно. Ну, не знаю.
		Рассчитываю, правда, навсегда!

— Осталось пожелать всем нам удачи.
		Порадуйте нас чуточку голами.
— Попробую, да и не та беда...

	                          18. 06. 2003 г.

  наверх

ОДНАЖДЫ

              А. Федонину

Мой кислый вид — не мой.
Начну: однажды.
Итак, однажды, в ранних девяностых,
В разбойные, лихие времена.
Я думаю, прошедший ветеран
Отечественной, если мог бы, ещё честно,
Синхронно и не менее весомо,
С оттяжкой юности — «сороковых вначале...»
(Он ходит по земле своей войны).
Существенно, что можно продолжать и возвращаться
Поколенью пеших в шестидесятые,
В оттепель Булата, задиристость Андрея и т.д.
Поэтам серебристым в устье века,
Но с той же болью максимально смелых,
На сухарях и запредельной воле
И на свободе волеизлияний
Всегда неполный перечень о нас.
Что ж, о планете всей — намного шире:
Легко поставить даты — было б место.
И можно спроецировать народы по интернету все.
Итак, в начало. Я начну: «однажды»
Нам выпало в прекрасных девяностых
Попасть под жесткие удары бандитизма,
И мне разбили о башку бутылку.
Тут без прикрас: фактически так было,
И я вытаскивал еще из бойни друга,
Тяжелого, невидящего от ударов,
В добавок с перебитым в драке носом.
И нас, кровавых пацанов, подвез частник
В квартиру друга, почему-то без хозяйки.
Я памятник поставил тому парню.
Но убивать и выручать обычно
В России, как в рулетке, «чет-нечет»...
Итак, однажды, среди первых девяностых,
До первых трупов, но настолько близко
Мы выползли из бойни и подбитость
Разбавили улыбками наутро,
И смехом, когда вовсе не смешно,
Когда на нас без слез совсем не взглянешь.
И зеркало над нами хохотало.

Но мы сумели выбраться живыми
И потому однажды продолжаю...

		  01 — 03. 06. 2003 г.



читает автор    читает автор   наверх
скачать mp3    скачать mp3


***
	
Пока нам нет сорока
	Не говорите нам пока.
 		Не наставляйте нам рога.
			Не уходите в никуда.
Пока... нет сорока...

Когда нам будет пятьдесят 
	Жизнь не закончится опять.
		Ты меня помнишь — дай понять?
Когда нам будет пятьдесят 
		Мы сможем продолжать опять...

Когда мы будем уходить 
	Мы же не станем воем выть.
		Мы будем искренне любить 
			И только тише говорить.
Нам ещё реку переплыть...

Пока нам нет и сорока,
	Когда нам будет пятьдесят,
		Когда мы будем уходить...
   
                            16. 09. 2002 г. 

читает автор    читает автор   наверх
скачать mp3    скачать mp3