на главную Антология
живописи


Антология
поэзии



Андрей
Сокульский
 

О себе
Книги
Проза
Публикации
Стихи
 'А-клуб'
Фото
События
 Инсталляции 
  |
  Дневник
 
Полезные ссылкм   


         ***

Да будет свет, седой, как этот снег,
И будет снег, как это небо, белый.
Да будет обогрет опавшим телом
Двадцатый век. Окончившийся век.
Здесь будет жить кирпичная страна,
Когда уж нас не будет и в помине,
Здесь, будто бы предупрежденье нам,
Смертельно-белобрысая Луна,
Как череп на рентгеновской пластине,
Собою подпирает времена.
Должно быть, ей ужасно одиноко,
Когда она одна, совсем одна,
Проходит мимо наших темных окон...


До весны 1991г.



         ***


Когда декабрый и усталый
На мир снисходит лунный свет,
Когда пивные и вокзалы
Молчат, забив на этикет,
Когда усталость думы гонит
И забываешься во сне,
Как медленно ступают кони,
Как медленно слетает снег...


25 октября 1991г.




         ***

                     
На острове Вануа-Леву
Стоит, белизною маня,
Дворец молодой королевы,
Которая ждет не меня.
У трона и справа, и слева
Ее окружают цветы,
Но все же сама королева
Ничуть не красивей, чем ты.
Осанка ее горделива,
Во взгляде не меньше огня,
Но ты - ты чертовски красива,
И все же послушай меня:
На острове Инараджаме,
Где дикое манго цветет,
Есть принц с голубыми глазами,
Который тебя не найдет.


19 января 1992г.



       Пророк


День приходит как бы между прочим.
Я иду, придерживаясь стен,
Словно был распят вчерашней ночью
На косом андреевском кресте.
 

В небе - три десятка колоколен,
На земле - бутылка и стакан.
Кто здесь болен, если я не болен?
Кто пропойца, если я не пьян?
 

Голоса, молчавшие до срока,
Прорекают море новых бед,
Но какая польза быть пророком,
Ничего не зная о себе?
 

И пока, оставленная Богом,
Рвется жизнь из сводок новостей,
Мне плевать. Я знаю слишком много.
Я иду, придерживаясь стен.


Февраль 1992г.



         Барография


Лето. Ровно в шесть закапал дождик.
Ровно в восемь дождик перестал.
Ниже этажом больной художник
Рисовал распятого Христа.
 

Выше этажом какой-то парень,
Лет, наверно, двадцати семи,
Подбирал на плохонькой гитаре
Песенку про город Сен-Реми.
 

А над этим ненормальным домом
Самолетом фирмы "Ви-Джи-Эй",
Может быть, какой-то мой знакомый
Улетал в какой-нибудь Бомбей.
 

Умирает тихий летний вечер,
Я сижу, качая головой:
Завтра похмелиться будет нечем.
Ну да ладно. Вроде не впервой  


Апрель 1992г.





         ***

Все дело в том, что так бывает,
Что дождь, который шел вчера,
Умыл фасады и трамваи,
А нынче солнце и жара.

    Все дело в том, что очень скоро
    Наступит лето, черт возьми,
    И даже летом этот город
    Набит прекрасными людьми.

Все дело в том, что сверху где-то,
Наверное, существует рай,
Что у меня есть два билета
На вымытый дождем трамвай,

    И я могу катить куда-то
    К чертям на бороду, на СХИ,
    И, познакомясь с некой Натой,
    Сплести ей короб чепухи...
  


Июнь 1992г.




        ***

Расстались. Божья благодать!
Я словно сыр и будто в масле.
Нет, правда, я не мог писать,
Когда я был любим и счастлив.

    Я зол - Отелло, Яго, Брут
    В одном лице - и Бога ради!
    Зато теперь стихи попрут
    Штук эдак по пятнадцать на день.

Прощай! А горе - не беда,
Вода не чай, судак не сайра.
Прощай! И если навсегда...
Но, впрочем, это, вроде, Байрон.

    По сути, из-за чепухи
    Такая искренняя драма...
    Зато теперь попрут стихи,
    Как мухи из помойной ямы.



6 мая 1993г.



         Захазное 


Полночь. Допустим, не спится -
Ночью такое бывает.
Скажем, зловещие птицы
Крыльями тьму рассекают.

  Ветер, представьте, доносит
  Словно тревожные стоны,
  Будто бы милости просит
  Некто, на смерть обреченный:

"Ужли не свидеться боле?
Ужли не сбыться надежде?
Выйди со мною на волю,
Стань мне родною, как прежде!

  Где ты? Вернешься ль обратно?
  Сладко ль сестрице без брата?!"
  М-да... самому не понятно.
  Главное, что мрачновато.

Ну-с, и последняя строчка:
Птиц улетающих стая
В небе растаяла. Точка.
Если угодно, светает.





       ***


Видимо, что-то не так.
Что-то как будто случилось:
Сверху, как высшая милость,
Снегом на сжатый кулак
Падает небо.
Скажи,
Сколько мне вновь ошибаться?..
Снег на немеющих пальцах
Маленьким небом лежит.



1997г.




       Все кончится плохо...


Все кончится плохо: герой, не найдя,
как видно, достаточно веской причины,
пошлет ее на и поедет к блядям
за два с половиной часа до кончины.
За десять минут он шагнет на балкон
и будет разглядывать, щурясь на солнце,
спадающий пепел; подумает: он
летит и о камни сии не преткнется.
Умрет же она полминуты спустя;
и он не заметит, как сжалась, поблекла
души его часть, как бы полушутя
увлекшись родством Иисуса и пепла.



1997г.



       ***


Обними меня покрепче,
Чтобы кругом голова.
Мне ты, или Богу шепчешь
Эти странные слова?
Или мне бормочут черти
Из-под сердца твоего:
"Кто боится только смерти,
Не боится ничего"?



1997г.



       ***


Только и остается, что, счет теряя дням,
время от времени цедить посетителям:
"Вы не находите, что вид на Нотр-Дам
отсюда на редкость отвратителен?",
разумея: "отсюда его не видно". Впрочем,
чем дальше свобода, тем она ближе.
Только и остается, что между строчек
искать себя, меня и с нами иже
сущих, не находя, затаив надежду
быть не как все со всеми.
Только и остается жить, разрываясь между
"скорей бы получка" и "куда ты, время?".
Так оно и окажется, что казалось:
"все кроме боли утихнет, боль же"
Только и остается то, что оставалось
двадцать семь лет назад - и немного больше.



2002г.



       Пролог


Кинжал, иль шпага, иль мушкет,
Иль на листе бумаги росчерк
Внезапно сделают короче
Прекрасно начатый куплет?
 

Те, что хвалы тебе поют,
Те, что клянут тебя за что-то,
Иль, может, сам фальшивой нотой
Испортишь песню ты свою?
 

И если б мог ты твердо знать,
Что ждет нас у черты финала,
Не попросил бы все сначала,
Но веселее все сыграть?


10-11 марта 2003г.